Възд в город Памятник Гайдаю Мемориал Славы

ВЕХИ И ВЁРСТЫ. Глава 259. Знакомство с дембелями. Юрзанова комиссовали. Меня учат готовить пищу

ВЕХИ И ВЁРСТЫ. Глава 259. Знакомство с дембелями. Юрзанова комиссовали. Меня учат готовить пищу

Когда из деревни от своих ненаглядных «старушек» пришли «дембели» - старшина первой статьи Поткин, Василий Аксёнов и Григорий Кузьмин, меня познакомили с ними. Они как Иван Заруба, служили по шестому году, но ко мне отнеслись, как к родному сыну. Аксёнов даже пошутил: «Будешь женихом для моей приёмной дочери Елизаветы».  

В свою очередь поинтересовался: «А дочь красивая? Сколько ей лет?» Он ответил: «Шестнадцать, а что касается красоты, сам увидишь и оценишь!»

Так продолжилась моя «морская служба» на берегу. Служить нам предстояло пять лет потому, что мы считались «плавсоставом» в то время, как матросы береговой обороны служили всего по три года. Нас утешали одним: «Вас в любую минуту могут снять с постов и направить на корабли».

Круглосуточную вахту на посту несли только сигнальщики, радисты занимались изучением материальной части радиостанций, тренировались работе на ключе, чтобы кисть руки не «замерзала», выходили на связь с передающим центом базы и другими постами, регулярно проводили политзанятия, занимались хозяйственными делами, соблюдали распорядок дня, но не так строго, как в учебном отряде

***

С Виктором Юрзановым мы поддерживали регулярную связь. Через полгода службы его по состоянию здоровья комиссовали.

В одном из своих писем он написал мне о смерти отца и матери, горевал: «Я сейчас в таком положении, что жить не хочется. По состоянию здоровья работать на заводе не могу, поэтому решил идти учиться в Свободненское медицинское училище. Стипендии на хлеб хватит, буду надеяться на огород и помощь братьев. Выучусь, а там будет видно, как жить дальше». Я, как мог, в письмах поддерживал друга морально. Осенью пятьдесят четвёртого года он поступил на первый курс Свободненского медицинского училища.

Из Красной скалы написал одно письмо Савиной Але и получил ответ. Она написала мне, что учится в десятом классе в школе №9. Во втором письме сообщил ей, что в начале пятьдесят пятого года буду в отпуске в городе Свободном, возможно, встретимся.

К большому своему удивлению, получил письмо и от Валька Котенко, который сообщил мне о том, что попал служить в «стройбат» на станцию Манзовка, где до комиссации служил Виктор Юрзанов. Его весточка особой радости мне не принесла – долг он мне так и не вернул. Я, ради приличия, ему написал пару слов.

***

Несколько раз в зарослях шиповника находил ящики с печеньем, или пряниками, о которых забывали наши ребята, но не разу не находил ящиков с вином, о них они помнили хорошо. Кока у нас не было, он положен в том случае, если команда больше двадцати человек, поэтому мы варили сами себе по очереди, невзирая на должности и лица. Кто не умел готовить, того учили, речи о «дедовщине» не было.

Моим наставником на камбузе стал Иван Заруба. Он сам готовил хорошо, и того же требовал от остальных. Одно плохо, что к голосу Ивана трудно было привыкнуть в том отношении, что он говорил всегда спокойно, без эмоций и интонаций. Отличить его серьёзный разговор от шуток было невозможно. Повторять два раза Иван не привык.

В то время, когда Иван лежал на кровати и думал грустную думу, старшина первой статьи Николай Дудник играл на гитаре.  Когда Ивану надоело слушать «брынькание», он спокойным голосом сказал: «Положи гитару на место! Хватит капать на мозги!, Дождёшься, что я её тебе на голову одену».

Николай сделал вид, что не слышал Ивана. Через минуту Заруба спокойно встал, не говоря ни слова, подошел к Николаю,  взял из его рук гитару и спокойно  насадил её на спинку стула.  Николаю он подал гриф от гитары, после чего лёг на кровать и принял прежнюю позу. Дудник соскочил, вытаращил глаза и заорал: «Ты что сделал?» Заруба спокойным голосом ответил: «Я говорил тебе не брынькать? Говорил, что её тебе на голову одену? Говорил? Я пожалел твою голову! Не люблю два раза повторяться». Дудник замолчал.

Иван никогда, ни на кого не повышал голос. Он учил меня варить украинские борщи так: «Сынок, налей в обрез воды, посоли её, попробуй на вкус, брось туда мясо, немного свеклы и фасоли, хорошо провари, а потом клади капусту и картошку.

Запомни, если капуста свежая, её кладут до картошки, а если кислая, наоборот. Если бросишь кислую капусту вперёд картошки, та задеревенеет и борщ получится невкусным. Отдельно на сковородке обжарь муку, высыпь её в  сухую тарелку, затем разжаривай лук вместе с морковкой до светло-коричневого цвета, но не пережаривай.  В последнюю очередь ложи томат-пасту, некоторое время обжариваешь, сыпешь туда муку, размешиваешь, заливаешь кипящим бульоном, снова перемешиваешь.

В последнюю очередь бросаешь лавровый лист, укроп, петрушку и борщ готов. Понял? Сваришь плохо, ещё раз покажу,  а если сделаешь не так, как я учил, обрез с варевом, как Дуднику гитару, надену тебе на голову так».

У меня с Иваном конфликтов не случалось. Однажды, в шутку, решил с ним побороться. Когда его приподнял,  оказался он настолько лёгким, что, как пушинку, я его уложил на обе лопатки. Никакого торжества с моей стороны не было.  Усвоил главное – важен не рост, а сила и ловкость.

21:40
1121
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
|