Възд в город Памятник Гайдаю Мемориал Славы
A- A A+

ВЕХИ И ВЁРСТЫ. Глава 431. Защитник Владимира Мезенцева. Выезжаю в Таджикистан

ВЕХИ И ВЁРСТЫ. Глава 431. Защитник Владимира Мезенцева. Выезжаю в Таджикистан

У нас в БПНУ слесарем КИПиА работал Владимир Мезенцев. С виду этот парень был очень симпатичным, спокойным, внушающий доверие человеком, но на деле он оказался грабителем. Когда его поймали на очередном грабеже, и над ним шел суд, мне общественность поручила выступить в роли общественного защитника. Судьёй был Юрий Филиппов – тот самый, с которым когда-то работал на втором заводе БЛПКа.

Он окончил юридический институт и уже работал судьёй. Если говорить по честному, Мезенцева, мне не хотелось защищать, потому что ненавижу людей, которые грабят честных тружеников.

Мезенцев получил наказание по заслугам. О его дальнейшей судьбе ничего не знаю. Что касается Филиппова Юрия, забегая вперёд, скажу одно –  впоследствии он работал юристом у мэра города Братска Петрунько. С ним мы встречаемся редко, но не забыли друг друга.

Двадцать первого декабря мне исполнялось пятьдесят лет, это событие на производстве начальство решило отметить. Был накрыт стол, мне преподнесён ценный именной подарок, грамота и денежная премия, за что был благодарен всему коллективу БПНУ.

В декабре Лёню выписали из больницы. Домой забирал его потому, что Галина и Сергей были на работе.

***

Летом 1985-го года в городе Турсунзаде, республика Таджикистан, на алюминиевом заводе сгорела машина по автоматическому регулированию процессом электролиза. Это произошло также, как в 1983-ем году на БРАЗе.

Распоряжением Министерства алюминиевой промышленности в Таджикистан для устранения аварии направили специалистов со всего Советского Союза. К числу «великих» монтажников причислили и меня, несмотря на то, что никогда не работал на монтаже.

Говорил раньше, что мне иногда приходилось немного заниматься монтажом радиоаппаратуры, когда работал радиомехаником на станции Облучье ЕАО. Тогда Георгий Николаевич Сливинский – наш старший механик, научил меня жгутовке монтажа. Потом наблюдал, как монтажные работы на БРАЗе выполняли Владимир Ряполов и Юрий Агафонов.

До Душанбе мы летели самолётом, а в Турсунзаде добирались автобусом. Там нас разместили в заводском общежитии по улице Ломоносова. Утром другого дня мы пошли на завод, где на монтаже «корзин», в которые должны вставляться блоки для автоматического регулирования, уже работало много специалистов из других городов.

Меня удивили те условия, в которых производились монтажные работы. Небольшое помещение, заваленное всяким хламом, вдоль стен стоят пустые ящики, на которых стояли «корзины» для монтажа, а около них в разных позах мостились монтажники, занимающиеся их обвязкой. За их работой наблюдал представитель из министерства.

Я постоял около одного монтажника, потом второго, третьего и так далее, наблюдая за тем, как они делают монтаж. Быстро понял, что из всего этого ничего хорошего не получится.

 

Взял один экземпляр схем обвязки корзины, внимательно изучил их, купил коробку фломастеров из двадцати четырёх цветов, пошел в общежитие и в цвете вычертил обвязку каждого провода. На это у меня ушло два дня.

Видя мою «болтанку», представитель из министерства, спросил: «Василий Иванович, почему вы не приступаете к работе?»  На что ему ответил: «На серьёзном монтаже никогда не работал. Сейчас посмотрю, как работают другие, и приступлю к работе». Тот развёл руками и говорит: «Присылают сюда разный сброд, а весь спрос будет с меня». Спрашиваю у него: «Можно забить в стену пару дюбелей и выкинуть этот хлам? Я хочу навести порядок на рабочем месте, а не мостить корзину на ящики, а подвесить её на уровне глаз. Так вести монтаж на ней будет удобнее». Представитель махнул рукой и говорит: «Делай, что хочешь!».

За час оборудовал своё рабочее место и приступил к работе. Монтаж производить мне было легко потому, что знал разводку каждого провода, вычерченные мной на схеме в разные цвета.

Рядом со мною работал мой мастер из Братска Юрий Агафонов, который производил обвязку корзины медленно, но правильно и красиво. Одно в его работе мне не нравилось – большая плотность монтажа, при которой тяжело проводить жгутовку – раз, второе - если при ремонте корзины возникнут неисправности в монтаже, добраться до паек проводов будет не так просто.

У меня монтаж по подчерку получился – что-то среднее между «Агафоновским» и «Ряполовским».  В то время, пока другие монтажники разбирались в схемах, начал везти жгутовку монтажа по «Сливинскому». Представитель министерства посмотрел на мое «рукоделие» и говорит: «А говорил, что на монтаже не работал!»

Я первый сделал  обвязку корзины, которую сразу поставили на место, и она заработала. Вторую и третью сделал ещё быстрее, чем первую, и они пошли. Мои корзины были похожи на заводскую работу, выполненные красиво и правильно. Корзины Агафонова тоже пошли, но их было всего две. Представитель министерства говорит мне: «Корзин больше не делай, а лучше помоги другим монтажникам в обвязке их корзин, а то они совсем запутались». Так я принял на себя «командование» по монтажу корзин, за что был удостоен заводской и министерской премий.

09:30
1213
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
|