Комментарии

Первым фигурантом по делу выхода в прокат фильма Алексея Пиманова «Крым» является Фонд кино. Вторым – Министерство обороны РФ. Затем следуют фигуранты калибром поменьше – к примеру, «Кубаньэнерго». Всё это сигнализирует бедному критику: уймись. Ты не при делах. Но меня в детстве уронили – удачно. Я всё-таки соберусь с малыми своими силушками и крикну тихим голосом отчаянно: «Плохое ваше кино!!»
99 МИНУТ жизни убито. Сижу и думаю: неужели ж этот «Крым» может кому-то понравиться? Ведь для этого надо посмотреть всего один фильм в жизни, скажем, «Прибытие поезда», а уж вслед за ним – «Крым». Бывает, что режиссёр слабоват на диалоги, или неважно объясняется с оператором, или не умеет работать с актёрами, или лишён музыкального слуха и вкуса… Но Пиманов – удивительный режиссёр: он не умеет ничего.
И кой чёрт понёс его на эти галеры, то есть в художественный кинематограф? До сих пор я думала, что Алексей Пиманов – это личность с исступлённо-тоскливыми глазами, которая вела передачу «Человек и закон». Было очевидно, что у него что-то страшно болит, скорее всего, печень, но не просто так болит, а – за Россию. Оказалось, что Пиманов – настолько крупная фигура в медиамире, что даже позволяет себе снимать художественное кино. Как автор сценария и режиссёр. Ну просто Феллини! Без цели коммерции (кто слышал о кассовых сборах художественных фильмов Пиманова?), а с неизвестной целью. Может, мечта была ещё в детстве, кто ж его знает. А вот пробил час, когда детские мечты Пиманова берётся воплощать Минобороны РФ. Хорошо, когда личные мечты совпадают с планами государства, не правда ли?
Из фильма под названием «Крым» по идее должен вставать образ этого самого Крыма. Но для создания такого образа нужно что-то уметь – например, выстраивать кадр, где на первом плане герои, а на втором и третьем – эпизодические лица и массовка, причём каждому следует придумать характер и судьбу, написать диалоги и реплики. Насчёт реплик у Пиманова туго. Недаром дивный диалог «Да ладно!» – «Фигадно!» повторяется в картине три раза. Жители Крыма плотно сливаются в безликую массовку, которую мы к тому же видим один раз – когда севастопольцы идут на вокзал встречать поезд с бандеровцами. Ждущих лихого «махача» подстерегает разочарование – бандеровцы с поезда соскочили загодя, так что толпа (явно нагнанная Минобороны) тупо стоит на перроне зазря. Если нам показывают серпантин, то по нему едет одна-единственная машина. Крым Пиманова пуст. Хорошо, возразят мне, но это прежде всего история любви «на фоне». Ладно-фигадно, рассмотрим «историю любви».
Мордатая шатенка с большими глазами, опушёнными длиннющими ресницами, сидит на развалинах. К ней внезапно подбегает крепкий светловолосый паренёк. Всё, любовь началась. Типа с первого взгляда. Алёна – майданутая украинка, Саня – сочувствующий сепаратистам. До февраля 2014-го это ещё не препятствует любви (герои целуются на фоне моря), в феврале Саня заезжает на площадь Незалежности (на глазах у него снайперы убивают пианиста). Три автобуса с крымчанами едут обратно домой, и в Черкасской области (указано в титрах) на них нападают злодеи. Брюнеты. Злодеи стреляют по старикам и женщинам с бешеным рыком «А-а, тебе Бандера не нравится!» Тем не менее Саня как-то вырывается из злодейского кольца и оказывается в родном Севастополе, где живут его родители, причём папа-подполковник командует частью ПВО Украины. Тем временем в баре гостиницы «Уголок рыбака» администратор что-то мутит в закоулках и подвалах, таящих оружие. Администратор – бандеровец. За ним следит притворяющийся пьяным туристом хитрый парень. Кто – неизвестно, впрочем, известно кто. «Будет война!» – в тревоге говорят персонажи. Майданутая Алёна грозно хмурит брови…
Тут, конечно, имеется засада – для кино. Если в кадре война, зритель желает чётко отличать противоборствующие стороны. Тут помогают и расовые отличия, и национальные особенности, и форма одежды, и язык. А в случае «Крыма» воюет одна раса и, в общем, одна нация, причём все одеты не в будёновки со звёздами или мундир с шитьём, как на Гражданской, а в похожий камуфляж. Пока злодеи не помянут Бандеру, понять, кто сотник с майдана, а кто запутинец, по картинке невозможно. Правда, бандеровцы все сплошь брюнеты, но среди «крымнаших» брюнеты тоже попадаются, не напасёшься вам блондинов на всё патриотическое кино. Кроме того, это ж всё-таки не война брюнетов с блондинами. А что это за война?
В старом советском пропагандистском кино обычно всё было чётко обозначено, писались титры, разъяснялось в кадре. В пимановском «Крыму» разъяснений нет – режиссёр считает, что и так всё ясно. Однако это не телерепортаж, а художественный фильм, и его могут посмотреть и через пять лет, и за пятьсот километров от русских границ. И не постичь решительно ничего. За что стоял майдан и в чём правда России? Какова идеология враждующих сторон? Что за самолёты и корабли, чьи они, кто командует чем и какого приказа кто ждёт. Что это за история вообще происходит?? Единственное, что можно постичь, – режиссёр одобряет украинские войска, сдавшие Крым без сопротивления, и решительно осуждает бандеровцев-майдановцев, которые пытались – безуспешно – устроить диверсию и поднять войска ПВО на расстрел взлётной полосы.
Этим клятым делом занялся приятель Алёны, майдановец Мыкола, задержав Алёну как заложницу в гостинице, а её парня Саню заставив мчаться к отцу (командиру части ПВО). Но наши влюблённые быстро расправились с врагами, причём голыми руками. Какого-то Веню убили, какого-то Петю приморили, но что нам за дело, когда мы и лиц их не разглядели. Майданутая Алёна начинает прозревать, но до конца она ещё не прозрела. Она продолжает снимать кино о древней Украине, однако теперь её голос дрожит, и она уже не может вести бодрую пропаганду – слёзы душат. Любовь сильнее ненависти, как и было указано в подзаголовке «Крыма».
Фильм нельзя не признать исключительно гармоничным – всё тут одно к одному, бездарность сценария (ни одного характера, ни одной судьбы!) удачно соединяется с отсутствующей актёрской игрой. Вялый безжизненный кадр с ужасными «крупняками» прекрасно сочетается с чудовищно пошлой музыкой композитора по фамилии Воляндо. Единственное, что впечатляет, – так это движение российской военной техники. Всегда интересно смотреть на наши самолёты, корабли, бронетранспортёры и танки. Особенно с безопасного расстояния. Но где же аналогичная мощь в создании художественного кино?
Неужели столь могучее государство не может прикупить себе немножко мозгов и талантов для столь же могучей пропаганды? Советская власть вот умела выращивать профессионалов. Нынешняя власть – не умеет. Понятно, что народ сейчас в таком состоянии, что при одном слове «Крым» миллионы начинают рыдать. Им что ни покажи, они будут заранее в восторге. Такая аудитория – отличная почва для дилетантов и спекулянтов. Но Фонд кино ведь создан как раз для того, чтобы помогать рождению полноценных художественных произведений? Так не подскажете фамилии экспертов, которые одобрили «Крым» на стадии сценария?
Начинаю понимать, почему на самом деле Никита Михалков покинул попечительский совет Фонда кино. Он явно «Крым» посмотрел.