Възд в город Памятник Гайдаю Мемориал Славы

ВЕХИ И ВЁРСТЫ. Глава 352. Военно-морской госпиталь. Возвращение домой

ВЕХИ И ВЁРСТЫ. Глава 352. Военно-морской госпиталь. Возвращение домой

В самом начале срочной службы на флоте я разбил  губу, которая срослась неровно, и теперь из-за этого большого грубого рубца не только не мог играть в духовом оркестре на трубе, но часто при еде прикусывал её. Командир взвода, увидев мою губу, по этому поводу посоветовал обратиться  в военно-морской госпиталь за консультацией.

В госпитале врач-стоматолог, в звании капитана,  посмотрев на мою обезображенную губу, говорит: «У нас сейчас мало работы, так как личный состав находится на учении, берите из воинской части, где проходите переподготовку, направление и ложитесь к нам на операцию. Мы приведём вашу губу в нормальное состояние». На другой день я лежал уже в госпитале, а через пару дней мне сделали операцию.

Там познакомился со старшим лейтенантом Михайлюком, с которым мы вместе проводили свободное время, гуляя по аллеям сквера.

Ему, как и мне, нравилась поэзия, поэтому мы друг другу читали стихи Константина Симонова, Сергея Есенина, Павла Антакольского, Петра Комарова и многих других поэтов, которые нам нравились. Михайлюк был поражён, тем, что я знаю наизусть много больших произведений.

***

Большинство ребят, которые проходили со мной переподготовку, как Виктор Майоров, Михаил Григорьев, Иван Штабной и другие ребята, были из Барнаула.

Шестьдесят дней пребывания на переподготовке в бухте Горностай показались мне вечностью, но всё когда-то кончается. При расставании мы обещались поддерживать друг с другом связь.

Наступил день, когда я, накупив подарков для жены, дочери и матери, покинул Владивосток и поехал домой.

По пути на пару суток остановился у матери в городе Свободный, затем выехал в Братск. Эльвира и Галочка обрадовались моему возвращению и подаркам. От них узнал, что в моё отсутствие нам выделили место в садике под номером «сорок девять», который находится почти рядом с нашим домом. Галина теперь ходит в него, а не ездит на Порожки.

Всем ребятам, с которыми проходил переподготовку, писал письма, но никто из них мне не ответил.

Мне кажется, что они, как Сашка Моряков, дома своим девушкам и женам натравили, что переподготовку проходили не на берегу, а на эсминцах у берегов Вьетнама ))

***

На другой день после возвращения с переподготовки, зайдя в телеателье, увидел странную картину. Вокруг меня суетились молодые люди, которых совершенно не знал, но Григорий Михайлович Матюхов был в своём кабинете. При виде меня, он обрадовался и стал расспрашивать о Владивостоке.

Когда заглянул в кабинет Анатолия Васильевича Копаева, на его месте увидел  Владимира Смирнова. Над дверью, где до моего отъезда работала старшим бухгалтером Елена Степановна Огородникова, висела табличка «Главный бухгалтер Василий Петрович Банщиков».

В одной из комнат, где до моего отъезда была мастерская, жила чья-то семья. В бухгалтерии Елена Степановна Огородникова, сказала мне, что теперь она рядовой бухгалтер и представила меня двум женщинам, которые за соседними столами сидели в бухгалтерии: «Это наш радиомеханик Василий Иванович Шиманский. Он спецназовец и два с половиной месяца находился во Владивостоке на сборах». Одна из женщин назвалась бухгалтером Анной Гориной, вторая инженером-экономистом Людмилой Муратовой.

От Елены Степановны узнал, что Анатолия Копаева в чём-то обвинили, он из телеателье ушел не по своей воле. Теперь инженером поставлен Смирнов, а старшим радиомехаником - Киселёв Юрий Ильич, семья которого до получения квартиры будет жить в здании телеателье. Диспетчером телеателье принята жена главного архитектора города Тамара Луффт, а Галина Клепикова переведена кассиром.

Кроме этой перестановки, в моё отсутствие приняты радиомеханиками несколько человек. Мне назвали фамилии: Юрий Епифанов, Георгий Огарь, Владимир Александрович Коновалов, Николай Садовников, Николай Костырев, Владимир Потапов, Владимир Корчагин, Александр Столяров, Анатолий Абрамов, Александр Непомнящий, Александр Игнатов и другие. Через пару дней я вышел на работу и приступил к своим обязанностям.

Также в подвале оборудовали Красный уголок и склад, в котором работала кладовщицей Тамара Михайловна Причина.

О работе телеателье можно говорить много, потому что в то время там шла борьба за место «под солнцем». Одним нужна была квартира, другим - авторитет, поэтому каждый старался показать себя и оговорить другого. В таких случаях в народе шутят так: «Живём, как в курятнике, клюём ближнего и гадим на нижнего!»

Квартира у меня была, место под солнцем хватало, поэтому в тёмных делах ребят старался участие не принимать.

***

Нередко после работы, а иногда и в рабочее время, радиомеханики собирались кучкой и «раздавливали» одну или две бутылки водки.

Когда меня приглашали поддержать их компанию, отказывался от выпивки под любым предлогом или открыто говорил, что алкоголь не употребляю. Так было несколько  раз, но в один прекрасный день, когда вошёл в мастерскую, где шёл розлив очередной бутылки, кто-то показал в мою сторону и  спросил: «А, почему ему не наливаете?». Последовал ответ: «Он работает в КГБ, поэтому с простым народом не пьёт».

Это высказывание я принял за шутку и не придал  сказанному никакого значения. Через неделю после этого случая, заглянув в мастерскую, сразу обратил внимание на то, как ребята прячут от меня водку и закуску, а чей-то голос шепотом говорит: «Атас! Это сотрудник КГБ». Понял, что эти слова относятся ко мне, но что делать в таком случае, не знал, хотя отлично понимал, что мне нанесли удар ниже пояса, который хуже пощёчины.

На доходчивом языке это означало, что я ненадёжный человек, которого надо опасаться. Однажды  ко мне  подошел Юрий Епифанов и, при всех присутствующих, говорит: «С тебя трояк!». Я поинтересовался: «За что?»  Юра: «У Жорки Огаря сегодня день рождения и его надо отметить».

Деньги я дал, но сказал, что водку пить не буду. Юра: «Не пей, нам больше достанется. Посидишь с нами и то хорошо, а пока пошли со мной за закуской и бутылками». Я согласился.

После того, когда покупки были сделаны, и мы возвращались в телеателье, Юра протягивает мне трояк, а второй, суёт себе в карман говоря: «Главное – инициатива! Всегда так делаю. Сегодня  специально публично втянул тебя в эту игру, чтобы все думали, что ты заодно с нами, а то ребята боятся тебя».

С одной стороны я был благодарен Юре за то, что он старался не оттолкнуть меня от коллектива, с другой - обман и лицемерие делают таких людей, как Юра, в доску своим, но они в любую минуту могут оказаться предателями.

Когда мне в жизни бывало тяжело, никогда не искал утешение в водке потому, что знал, что водка не помогает, а губит людей. Урок, полученный на станции Есауловка, запомнился мне  на всю жизнь. Выпивке с первыми встречными и мало знакомыми людьми приводит к тяжелым последствиям.

***

Однажды пошутил над кассиром Галиной Клепиковой, сказав ей, что она - Галя, а я нет. Клепикова шутки не поняла и расплакалась: «Василий Иванович, почему вы так сказали? Чем я хуже вас?» Пришлось её утешать.

Работа с людьми не из лёгких. Прежде, чем шутить, надо предвидеть, как к этому отнесётся  тот человек, с кем шутишь. Шутки надо понимать!

Иное слово, которому ты не предаёшь особого значения, иногда поворачивается против тебя так, как ты не ожидаешь.

00:30
589
RSS
Загрузка...
|