Възд в город Памятник Гайдаю Мемориал Славы

Жёлтый дьявол. Том 1. Гроза разразилась. 1918 год. Глава 4. Драма в Пекине

Жёлтый дьявол. Том 1. Гроза разразилась. 1918 год. Глава 4. Драма в Пекине

Глава 4-я

Драма в Пекине

1. Деньги союзников

Солнце в зените. Выжженная асфальтовая площадь. Никакой тени. Огромные пагоды буддийского храма нависли шапкой над парком Шид-зу. Напротив него ограда русского посольства в Пекине.

В изящном, бесшумном лимузине, к самому под’езду посольства подкатывает генерал Сизо. Через минуту из другого под'ехавшего автомобиля выходят генерал Семенов, барон Унгерн и полковник С.

Спустя некоторое время под'езжают еще два автомобиля. В стосильном Форде – посланник французский. На длинном Паккарде – английский.

Два образцово вышколенных мулата в золотом вышитых ливреях встречают прибывших.

– Господа, – говорит Кудашев. – Чехи восстали. Им там помогает Нюланс. Ну, а здесь как?

– О, здесь тоже, – заявляет французский посланник. – Мы уже получили директивы правительства. Королевство Англии также согласно субсидировать чехов.

– Гм… Зачем же только чехов? – недоумевает Семенов. – А здесь… нам… работающим…

– Господа, – перебивает его английский посланник. – Мы же не можем вмешиваться в русские внутренние дела…

– Ну, что ж, – говорит Кудашев, – мы будем работать самостоятельно и используем все возможности.

Барон Унгерн и генерал Семенов, переглянувшись, улыбаются. У Кудашева в лице тоже появляется что-то веселое, но глаза его хитро щурятся.

Похоже, что улыбнулся и генерал Сизо. Но может быть это просто показалось.

– Значит, деньги для чехов будут в ближайшие дни? – обращается Кудашев к французскому посланнику. – Разрешите мне их отправить?

– Я думаю, что мы их отправим совместно, – любезно отвечает француз.

Кудашев морщится, но тотчас же отвечает:

– О, пожалуйста!

2. Удар кастетом

Вечер того же дня.

Белогвардейцы все в сборе.

Неудачи последних дней сильно нервируют. Лазо загнал отряды белогвардейцев в Китай… Средств нет…

Ждут прихода Кудашева.

– А вы думаете, Кудашев даст? – спрашивает Семенов Унгерна.

– Даст, если спросишь, – отвечает Унгерн. – По правде сказать, мне что-то странным показалось его сегодняшнее согласие быть посредником между чехами и иностранцами.

– Ну, это он делал вид для иностранцев. А использование денег – вопрос другой…

– Вот именно! А Кудашев, пожалуй, не прочь их заполучить у иностранцев. Только… для себя. Вы меня понимаете…

– Неужели?..

Часовая стрелка ползет к двенадцати. Кудашева все нет. Он приезжает в половине второго. С нетерпением все его обступают.

– Сколько?

– Получили уже?

– Господа, – удивляется Кудашев. – Что за вопросы? Деньги я получу завтра. Сколько – еще неизвестно. И потом…

– Нам нужно немедленно обсудить вопрос об использовании этих денег, – заявляет Калмыков.

– Господа, – дайте мне докончить. Я совсем не намерен надувать иностранных представителей. Есть дела, в которых честь…

– Будет вам говорить о чести! – резко обрывает его Семенов. – Мы догадываемся о ваших планах. Деньги должны быть распределены между нашими организациями, или…

– Простите, я немного погорячился, – заметно убавив тон, говорит Кудашев. – Вы меня не так поняли. Я не прочь… Если только это будет возможно…

– Это будет подлостью! – совершенно неожиданно для всех заявляет полковник С. – Я никогда не соглашусь на обман наших союзников.

Все взгляды скрещиваются на полковнике С.

– Вы? Вы это говорите? – шипя от злобы выдавливает барон Унгерн. – Вы захотели служить французским собакам? Какому же богу вы веруете?

И прежде, чем присутствующие успевают опомниться, барон ударяет полковника кастетом в висок. Полковник, взметнув руками, падает глухо на ковер.

– Что вы наделали, барон! – бросаются к Унгерну присутствующие.

– Убил французского лакея! – отвечает Унгерн.

И, повернув свои злобные, налитые кровью глаза к Кудашеву, точно заканчивая какую-то мысль, он бросает:

– Деньги значит будут?

3. Японский бог

Небольшое замешательство среди офицеров быстро проходит. Те же люди, час тому назад рассуждавшие о высоких идеалах, любви к родине и прочем, сейчас прячут следы своего преступления не хуже заурядных убийц.

Залитый кровью ковер свертывают, засовывают в камин и сжигают. Барон Унгерн и генерал Семенов поднимают труп и несут на балкон.

Город еще спит. Особняк белогвардейцев белеет на откосе прямо над рекой. Мутный туман над водой голубеет утренним рассветом.

Нет разговоров. Молчанье. Могильщики всегда работают молча.

Барон и Семенов быстро раскачивают тело полковника и бросают его вниз.

Присутствующие напряженно следят за всеми движениями барона и генерала. Они не замечают, как сзади них, точно отделившись от стены, проходит на балкон какая-то фигура.

Это – генерал Сизо.

– Падаздите, пазвольте!

Он смотрит вслед брошенному трупу. Желтая маска его лица расплывается в уродливую гримасу, и он хлопает барона по плечу…

– Карасо, карасо… Очень карасо!..

Все глаза впились в каменное лицо японца. В глазах испуг и страх. Отвисшая нижняя челюсть Кудашева отбивает мелкую дробь.

– Да! Это – он… он…

А внизу балкона, покачиваясь на волнах реки Желтой, в утреннем тумане медленно уплывает тело полковника С. Неправильно отчеканивая русские слова, японец говорит:

– Японское… Императорское правительство… поручило мне… передать вам для продолжения военных операций против большевиков – один миллион иен.

 

Продолжение следует...

Предыдущие главы

14:30
3550
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
|