Възд в город Памятник Гайдаю Мемориал Славы

ЯРОСЛАВ ТУРОВ: УМНИЦЫ И УМНИКИ. ЧЕТВЕРТЬФИНАЛ. ДЕНЬ 6. АЛЕКСАНДР III И ЕГО ЭПОХА

ЯРОСЛАВ ТУРОВ: УМНИЦЫ И УМНИКИ. ЧЕТВЕРТЬФИНАЛ. ДЕНЬ 6. АЛЕКСАНДР III И ЕГО ЭПОХА

День шестой. Александр III и его эпоха

Оксана, как «умница» с двумя орденами и одной медалью, прошла на дорожку во второй агон, поэтому усиленно готовилась всю ночь. Я тоже готовился, но не так интенсивно — был уверен в победе, хотя поводов для этого не было — на груди болтался всего один орден, под конец олимпиады уже не смотревшийся так круто, как в начале. С собой у меня было несколько тетрадей, в них я делал записи, когда читал литературу по теме. В числе прочего я прочитал в конспекте такую запись:

«На коронации А. III сам надел на себя корону, т. к. ни один церковн. иерарх не сочет. в себе всех благодет. , кот. воплощ. в себе царск. власть».

Я тогда ещё подумал, что эта запись очень странная, — я не помнил, чтобы делал её. Не придал значения, но запомнил.

Оксана сражалась во втором агоне, против неё бился Ашхабад. Странно вдвоём смотрелись эти двое. Миниатюрная хрупкая девочка и огромный рыжий детинушка. Давид и Голиаф. Игра сложилась интересно, но предсказуемо.

Ашхабад занял первое место, встал на жёлтую дорожку и вылетел после двух вопросов, прогудев: «Я только про Мао Цзэдуна читал». Эх, бедняга, зачем он поставил всё состояние на одну лошадь? Мне было немного жаль его. Туркменистан — очень закрытое государство с тоталитарным уклоном, где дети в школе изучают идеологическое учение своего духовного вождя «Рухнама» — «Книгу о душе». По мнению оного правителя, все нации на земле произошли от туркменов, Туркменистан является одним из восьми самых развитых в мире государств, при этом на всю столицу имеется лишь один государственный интернет-клуб, а что такое «идеологический плюрализм» — там и слыхом не слыхивали. Ещё в самом начале нашего знакомства Ашхабад сказал мне, что «Умницы и умники» — его последний шанс вырваться из страны, и если этот шанс провалится, он поступит в МГИМО — Марийский государственный институт межплеменных отношений. Очень грустная шутка, особенно при тех огромных знаниях точных наук, которые имел этот добродушный гигант.

Оксана попала на зелёную дорожку и тоже вылетела, но лишь потому, что «не попала» в те книги, по которым составлял вопросы сам Вяземский. Так как она жила в Тульской области, особой жалости тогда я к ней не испытал — до Москвы три часа езды на электричке, прорвётся. Это вам не шесть тысяч километров из Благовещенска лететь.

Жалко было мою вторую соседку, Риту. Это бедное дитя спрашивали всего три раза. Первый раз она заработала орден, второй раз не ответила, а в третий ответила не до конца. Этот крах, очевидно, стал первым в её лишённой острых углов жизни, но, я думаю, ей он пойдёт на пользу.

Перед третьей передачей я столкнулся в коридоре с Ильёй Резником. Блокнота у меня с собой не было, зато были ручка и бумажник. Не раздумывая сунул ему сто рублей и попросил дать автограф. Он написал на купюре: «Ярославу любви и удачи! Илья Резник, 2009 год».

Всё складывалось как нельзя лучше. Меня спросили три раза, и все три я зарабатывал орден. Последний вопрос, заданный мне, звучал так: «Кто и почему надел корону на Александра III на коронации 15 мая 1883 года?» Это было не просто везение. Это была судьба. В конце третьей передачи Илья Резник прочитал нам свои стихи и сказал, что подарит пять своих недавно вышедших книг тем, кто ему больше всего понравился. Меня к себе он вызвал последним. Мне было очень приятно. В итоге у меня на шее висели четыре золотистых ордена, столько же было ещё у одного парня, Даниила Лапача.

Из двенадцати передач были две, на которых не выиграл никто. Вакантные места победителей, прошедших в полуфинал, заняли мы двое. Мы стояли перед камерами в момент нашей славы и нашего триумфа. Было приятно и немного грустно. Вяземский поздравлял нас, жал нам руки и говорил в объективы тёплые слова прощания. Когда он стоял рядом, я шепнул ему:

— Спасибо вам.

— За что?! — удивился он. А действительно, за что?

— За вашу книгу, — нашёлся я.

— Мы об этом ещё поговорим, — сказал он и ушёл. Позже я вручил ему книгу об Амурской области и сфотографировался с ним. Больше в «Останкино» мне делать было нечего.

Источник

14:15
81
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
|