Възд в город Памятник Гайдаю Мемориал Славы

Жёлтый дьявол. Том 2. Гроза разразилась. 1919 год. Глава 14. «Заговор в сопках»

Жёлтый дьявол. Том 2. Гроза разразилась. 1919 год. Глава 14. «Заговор в сопках»

Глава 14-ая

«Заговор в сопках»

1. В паутине шпионажа

Штаб Штерна.

Начальник дозора – рука к козырьку.

– Товарищ Штерн!

Штерн поднимает голову.

– Ну?

– Сейчас на Сучанском шоссе задержан мужик. Не позволяет себя обыскивать и говорит, что ему надо к вам.

– Он здесь?

– Да. Мы его привели. Он во дворе.

– Впусти сюда.

Через минуту, сутулясь и прихрамывая на одну ногу, в комнату входит человек. На нем изношенный, коричневого цвета, зипун, полосатые домотканные штаны и неуклюжие огромные лапти. При виде Штерна, он весело взбивает шапку на затылок.

– Наконец-то добрался до вас!

– Ты кто такой? – строго спрашивает его Штерн.

Мужичонко хитро подмигивает:

– Сейчас, сейчас, родной! Мандатики-то у меня замечательные…

Из неведомо где-то под рубашкой спрятанного мешочка он вытаскивает несколько разной формы листочков.

– Что это? – Штерн удивленно смотрит на них.

– А вот почитайте, тут мне путевочку черкнули, – и мужичонко передает Штерну маленькую записочку.

Штерн читает:

Приехал Розанов. На днях приступит к активным операциям. Посылаю вам кое-какие записи о его намерениях.

– А! Так вот оно что.

Штерн просматривает листы. Думает. Повернувшись к мужику:

– Ты что ж, обратно поедешь?

– Ежели надо, так могим и обратно, – отвечает мужик.

– Хорошо! Я дам тебе записку. Ее ты доставишь тому, кто дал тебе эти листочки. Понял?

– Как не понять, чай я грамотный.

– Ну, посиди тут. Я сейчас…

Штерн удаляется в боковую комнату за конвертом для записки.

Мужичонко озирается, смотрит: на стене большая карта Сучанского района, вся испещренная крестиками и пометками.

Встал. Вытягивает шею, смотрит. Потом из кармана блокнот – чик-чирик. Что-то отметил.

Штерн возвращается:

– Ты что тут?

– Кхе-кхе. Так это. Любопытно поглядеть.

– Это показательная карта, – разъясняет Штерн. – План продвижения войск. Понял?

– Понимаю. Мудреная штука!

– Так вот вам, товарищ, записка. Постарайтесь доставить ее поскорее.

– Само собой!

Мужичонко в дверях:

– Прощайте, товарищ Штерн! Успехов вам всяких!

Трррррр…

Либкнехт подходит к телефону.

– Слушаю.

– Это я – Яша. Приходи сейчас же туда, где встречались прошлый раз. Очень нужно.

Либкнехт с недоумением надевает шляпу. Что случилось? Почему такой тревожный голос у Яшки.

Через двадцать минут он приходит в условленное место, недалеко от порта.

– Ну, что?

– Нашего человечка поймали. Его видели арестованным. Вероятно, отобраны бумаги и теперь все пропало.

– Это еще не беда, – у меня есть копии. Но вот как бы белые не устроили какую-нибудь пакость… Вот что. Надо немедленно отправить к Штерну кого-нибудь узнать, что там произошло.

Вечером караул приводит к Штерну запыхавшегося мальчишку – посланника Либкнехта.

– Товарищ Штерн! Я от Либкнехта. Не приходил ли к вам кто-нибудь от него?

Штерн удивленно:

– Приходил.

– Вот так мы и думали! А где этот человек?

– Послал обратно с ответом.

– Товарищ Штерн! Беда! Ведь это ихний шпион.

– Но он принес бумаги от Либкнехта. Как же он…

– Говорят, нашего человечка поймали. Бумажки-те поддельные. Вот настоящие.

– То-то. Я и сам читал, думал, что-то не то. Ну, давай сюда.

Штерн перебирает листочки, и лицо его проясняется.

Вот это – да. Все это пригодится…

И до поздней ночи Штерн со своими помощниками вырабатывает план контр-действия против Розанова.

Либкнехту же посылает задание проникнуть в штаб Розанова и занять там какой-нибудь пост.

 

2. Генерал решает загадку

На следующий день в кабинет Розанова входит прапорщик Николаев. Он сын гвардейского поручика и лучший из шпионов Розанова. Работает из любви к искусству. Розанов довольно приветливо встречает его.

– Вероятно, какие-нибудь новости?

– Рад стараться, ваше превосходительство! Не смел бы беспокоить.

– Садитесь.

– Благодарю, ваше превосходительство! Вчера я делал разведку в Сучанском районе и случайно задержал какого-то партизана. При обыске у него была обнаружена записка, адресованная Штерну, и несколько листочков с записями. По характеру записок я догадался, что это решения вашего оперативного совещания…

– Как? У меня в штабе шпионы?

Лицо генерала растерянное. Он помнит всех, кто присутствовал на оперативном совещании. Кто? Кто мог из них совершить эту подлость?

– Рассказывайте дальше.

– Я сфабриковал несколько аналогичных листочков, – продолжает Николаев, – и отправил их с одним из моих подчиненных.

– Результаты?

– Увы! незначительные. Но все-таки. Ему дали записку обратно тому лицу, кто послал листочки.

– Где записка?

– Вот, ваше превосходительство:

Когда ознакомлюсь с планами, извещу. Действуйте дальше. Штерн.

– Кому?

– Ваше превосходительство! Лицо, кому предназначается записка, не указано. Наш шпион побоялся спросить, не желая выдать себя.

– Безобразие! У меня в штабе провокатор, и я не знаю, кто он.

– Ваше превосходительство! Может-быть, вы догадаетесь по этим листочкам.

Прапорщик передает генералу несколько обрезанных листочков. Генерал всматривается в них, и желтый цвет его щек переходит в красно-фиолетовый.

– О, чёрт!

Тяжело дыша, он сжимает кулак и ударяет им по столу. Затем из заднего кармана брюк вытаскивает браунинг.

Прапорщик в испуге:

– Что с вами, ваше превосходительство?

– Будьте спокойны, господин офицер. Приготовьте ваш револьвер и будьте готовы.

Прапорщик с недоумением вытаскивает револьвер, опускает предохранитель и ждет…

 

3. Чувство и расчёт

– Я хочу уехать, баронесса!.. – капризным тоном говорит Либкнехт, лаская руку баронессы.

Они сидят за утренним чаем на веранде квартиры баронессы.

Внизу бухта, наверху – солнцем залитая лазоревая чаша небес. По краям сопки. На пепельно-синей глади бухты суда и джонки – издали маленькие, точно приклеенные к воде…

– Вы недовольны! говорит ласково баронесса. – Скажите, что вы хотели бы…

– Мне надоело бездействовать…

– А!

Чуть заметная ирония на губах Либкнехта:

– Вы все работаете, особенно вы, баронесса. А я, как трутень, только любуюсь вашей работой…

– Зато есть, кто любуется вами, – отвечает лукаво баронесса. – Разве это мало?

– Баронесса!.. – Либкнехт с поддельной порывистостью сжимает ее руку. – Я вам многим обязан… Я так счастлив, но…

– Ну, что но… Говорите. Может быть, я смогу вам помочь.

– О, баронесса! Вы всегда ко мне так щедры. Но я не хочу больше пользоваться вашей добротой. Я хочу сам принимать деятельное участие в работе, хочу оправдать ваше расположение ко мне.

– Либкнехт – милый мой мальчик! Я вам дам работу. О! Я вас сделаю великим человеком. Вы мне верите, Либкнехт?

Она смотрит ему прямо в глаза.

Либкнехт выдерживает ее взгляд. Опять жмет ее руку.

– Верю, баронесса! Верю!

– Сегодня же, – не без волнения в голосе произносит баронесса, – вы поедете со мною в одно место. Я познакомлю вас с полковником Эвецким… Баронесса Штарк забудет свое будущее, если она не исполнит своего обещания.

Либкнехт наклоняется к ее руке. Когда он поднимает голову, губы его встречаются с… губами баронессы.

…Поцелуй долгий, истомой слабящий, как знойное солнце в летний полдень…

В одном из фешенебельных ресторанов Владивостока, в ночь на 13 июня, особо тщательным вниманием пользуется кабинет под номером 2.

То и дело, ловко жонглируя подносами, подбрасываемыми на пяти пальцах, бесшумно скользят в дверь кабинета официанты. Сам метр частенько прохаживается по коридору и наводит справки у официантов:

– Все ли в порядке?

В кабинете, пользующемся таким исключительным вниманием, баронесса Глинская, полковник Эвецкий и… Либкнехт.

– Это надежнейший человек, – рекомендует она Либкнехта.

И когда Либкнехт на минуту удаляется в общее зало и стриженый затылок полковника находится под уровнем подбородка баронессы, последняя говорит:

– Назначьте его чем-нибудь поответственнее. Он очень способный…

И вспоминает…

…А затылок полковника все еще на том же уровне. И только где-то снизу шепотом голос из чем-то прикрытого рта: – Вслшаюс!

 

4. Полезный труп

Розанов нажимает кнопку звонка.

Через несколько секунд в дверях адъютант:

– Ваше превосходительство…

– Идите сюда.

– Слушаю-с, ваше превосходительство.

Адъютант подходит к столу. Генерал быстро поднимает руку с револьвером.

– Руки вверх!

Адъютант, ошеломленный неожиданностью, почти механически вскидывает обе руки. Смотрит широко раскрытыми глазами на генерала.

Генерал, продолжая держать в правой руке револьвер, левой берет со стола один из листочков, принесенных Николаевым.

– Ваш почерк?

Адъютант смотрит, ничего не понимая.

– Мой, ваше превосходительство!

– Кто велел вам снимать копии с протокола оперативного совещания?

– Ваш превосх… ваш…

– Отвечайте!

– Я не снимал… я…

С побагровевшим от злости лицом генерал подсовывает ему листочки под самый нос.

– Ваш почерк?

Зубы адъютанта подпрыгивают. Неуклюже через нижнюю губу вываливаются слова:

– Мммой… Ваш превосход…

…Паххх…

Адъютант не договаривает. На момент между ним и генералом облачко дыма. Когда дым рассеивается, адъютант лежит на полу.

С остервенением генерал бросает браунинг.

– Трус! Он не посмел даже сознаться.

К прапорщику Николаеву:

– Распорядитесь убрать труп.

Генерал знает: теперь все в порядке.

А на следующий день в докладе Розанову, предлагая кандидатуры на новые посты, Эвецкий говорит:

– …Либкнехт. Знаю как энергичного, исполнительного офицера. Прекрасный стаж и лучшие рекомендации.

– Вы ручаетесь за него?

– Я… Да. Да.

– Пришлите его ко мне.

 

Продолжение следует...

Предыдущие главы

13:15
7943
RSS
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...
|
Похожие статьи
В Благовещенске директор одной из школ выдавала зарплату «мертвым душам»
Следователи завели в отношении женщины два уголовных дела
Ерунда и профанация с наградами в Хабаровском крае. С кем вы, мастера культуры?
Такое впечатление, что Хабаровский край стал «черной дырой» на литературной карте региона, провалив и...